Только женщина была не в белом, а в светло-голубом платье, а на мужчине были те же брюки и синяя майка, а также часы с золотым ремешком. Это был родной брат Томаса, а женщина — его супруга Джессика. Лишь приглядевшись, можно было увидеть, что подбородок у Джессики несколько тяжелее, лицо более плоское, руки и нога короче, а грудь не такая вызывающая, как у Джерри. У нее были такие же рыжие волосы, и она делала прическу под Джерри, изо всех сил стараясь во всем на нее походить. И хотя разница в возрасте была очевидна, сравнение все равно было не в пользу младшей. Джерри была гораздо красивее. Кроме того, она обладала главным достоинством, которое так ценил в людях Дронго. У нее были умные глаза.

Гостиная была выдержана в строгом английском стиле, заставлена многочисленными торшерами. Они стояли у диванов, на которых были разбросаны маленькие подушечки. Было ощущение, что находишься в доме где-нибудь в центре Лондона, а не на греческом острове.

— Джессика, ты уже оделась? — удивилась Джерри. — Напрасно ты надела это голубое платье. Лучше бы белое, оно больше подходит к твоим волосам.

— Как у тебя? — ядовито спросила Джессика.

— Конечно, — засмеялась Джерри. — Познакомься с гостями. Это лорд Столлер с супругой Инес, а это наш друг Морис Леру. Его представлять тебе не нужно. Вот еще один гость. Это — знаменитый Дронго. Он известен тем, что может раскрыть любое убийство.

— Очень приятно, — кивнула Джессика, протягивая всем по очереди руку.

— Я много о вас слышал, — сказал Берндт.

Он был более словоохотлив, чем его молчаливый брат. Но эта фраза была единственным приветствием, которое услышал Дронго. Если бы не золотой ремешок на часах, он бы не сумел отличить одного брата от другого, настолько похожи были близнецы.

— Вы видите, как они похожи? — рассмеялась Джерри. — Когда я впервые увидела Берндта вместе с Томасом, я решила, что у меня галлюцинация. Но потом поняла, что они так похожи друг на друга. Томас старше брата на несколько минут и поэтому более молчалив и сдержан, как и подобает старшему. Когда он начал ухаживать за мной, то прежде чем решился подойти ко мне, три месяца присылал охапки роз. А когда делал предложение, ограничился лишь несколькими словами. Наверно, Берндт говорил Джессике гораздо больше приятных слов.